Тревога как обязанность

Есть тревога, которая не выглядит как паника или страх, а ощущается как постоянное внутреннее напряжение, будто всё время нужно быть собранным и внимательным, держать ситуацию в голове и не позволять себе отвлечься. В такие моменты кажется, что если немного ослабить контроль, перестать прокручивать возможные варианты и просто побыть спокойным, то обязательно что-то будет упущено, а за это потом придётся отвечать.

Со временем тревога начинает восприниматься не как проблема, а как признак нормального функционирования. Неприятного, да, но постоянно сопутствующего вам. Пока я переживаю, думаю и проверяю, внутри есть ощущение, что я делаю всё возможное и не позволяю себе бездействовать. Спокойствие же ощущается подозрительно, будто в этот момент я становлюсь менее ответственным, менее включённым, будто я оставил свой пост без присмотра.

На консультациях это почти никогда не звучит как «мне страшно». Люди объясняют это иначе, что им нужно быть настороже, что они не могут позволить себе отпустить ситуацию, что если они перестанут думать, то потом обязательно пожалеют. И за этими словами обычно стоит не ожидание катастрофы, а очень знакомое чувство внутренней вины, связанное с тем, что можно было предусмотреть, но не предусмотрел, можно было удержать, но ослабил хватку.

В таком состоянии тревога становится чем-то вроде внутреннего подтверждения собственной надёжности. Она поддерживает ощущение, что я справляюсь, что я не подвёл, что я не оказался недостаточно внимательным. И именно поэтому попытки просто успокоиться или перестать переживать не приносят облегчения, ведь вместе с тревогой приходится отказываться от важной роли, к которой человек давно привык.

Если попробовать немного понаблюдать за этим самостоятельно, полезно не искать причину тревоги и не пытаться её снизить, а задать себе несколько вопросов:

🧐Что я пытаюсь доказать своей тревогой?

(что я нормальный? что я не безответственный? что я не пофигист?)

🧐Что во мне кажется плохим или опасным, если я перестаю волноваться?

(ленивый? равнодушный? безответственный? не заслуживающий доверия?)

🧐Кому именно я должен, когда тревожусь?

(родителям? внутреннему образу взрослого? прошлому опыту? самому себе?)

🧐Если бы тревога исчезла, за что мне пришлось бы взять ответственность напрямую?

(за выбор? за риск? за неопределённость? за то, что я не всесилен?)

🧐В какой момент моей жизни быть тревожным стало правильным?

🧐Что во мне кажется недопустимым, если я не тревожусь?

В этих вопросах становится видно не тревожное мышление как данность, а устойчивую систему отношений к ответственности, к возможным последствиям, к себе как к источнику причин. И тревога здесь оказывается способом поддерживать эту систему в равновесии.

С этого места тревога перестаёт быть тем, от чего нужно срочно избавляться, и становится тем, что можно спокойно и внимательно исследовать.