Почему боль при ПРЛ не про истерику, а про ту самую пустоту внутри

Иногда, глядя на человека с пограничным расстройством, трудно удержаться от раздражения. Он вспыхивает на ровном месте, то стремительно сближается, то резко отталкивает, может обесценить за одно слово или обнять с такой тоской, будто вы последний шанс на спасение.

Со стороны это выглядит как бесконечная драма, слишком много эмоций, слишком мало логики. Кто-то скажет «манипуляция». Кто-то «инфантильность».

Но если убрать внешние проявления и заглянуть вглубь, почти всегда за этим стоит одно: боль. Не показная, а тихая, хроническая, с детства. Боль от ощущения пустоты, от утраты внутреннего контура, от невозможности найти опору внутри себя.

Пограничное расстройство - это не диагноз, пугающий словом «граница», будто человек на шаг от безумия. Это не «одной ногой в психозе». Это про другое. Это про отношения с собой и с другими, в которых нарушена чёткость. Человек не знает, где заканчивается он и начинается другой. Он не умеет чувствовать, где его желания, а где навязанные. Не может понять, действительно ли любит или просто цепляется, потому что страшно быть одному.

Таким людям очень трудно выдерживать дистанцию. Если нет слияния, нет и чувства жизни. Именно поэтому они стремительно сближаются, «залипают» на партнёрах, буквально врастая в чужую эмоциональную систему. Это даёт временное ощущение целостности. И так же стремительно они могут разрывать отношения, потому что внутренняя боль становится невыносимой. Не потому что не ценят, а потому что не выдерживают.

Когда с таким человеком начинается терапия, нельзя ждать от неё быстрых результатов. Это не тот случай, когда «разобрали конфликт, нашли причину, пошли дальше». Это работа, где нужно не чинить одну поломанную деталь, а собирать целый механизм. Причём часто с нуля.

Я обычно сравниваю это с воспитанием ребёнка. Только этот «ребёнок» взрослый человек, с профессией, семьёй, иногда с детьми. Но эмоционально он одинок и раним, как девочка, которой не дали конфету, а другим дали. Только вместо конфеты отказ, игнор, холодное сообщение. И она плачет не из каприза, а потому что искренне не может справиться с этим чувством.

В терапии мы учимся реагировать по-новому.
Не убегать.
Не взрываться.
Не требовать.
А замечать, что я чувствую. Признавать. И жить с этим. Не разрушая ни себя, ни другого.

Это совсем не просто. Эмоции у людей с ПРЛ очень сильные, они вспыхивают резко, накрывают волной. И часто человек уже в моменте не понимает, что происходит. Именно поэтому так важно в терапии отслеживать каждый шаг: кого ты встретила, что он в тебе вызвал, как ты отреагировала. Не для того, чтобы контролировать, а чтобы понимать, почему ты чувствуешь именно это и что теперь с этим делать.

Со временем появляется то, чего раньше не было. Возможность остановиться. Сделать выбор. Отделить своё от чужого. Понять, что если мне больно - это не значит, что весь мир меня предал. Это просто боль, и она пройдёт. И главное я справлюсь с ней по-другому. Без криков, без побега, без катастроф.

Многие спрашивают: а можно ли вообще научиться жить с этим спокойно? Можно. Но не за неделю. Не с помощью волшебной таблетки. Это не путь «от точки А до точки Б». Это взросление. То самое, которое где-то в детстве не случилось. Там, где не было рядом кого-то, кто бы сказал: «тебя слышу, понимаю, и ты всё равно важна».

Поэтому терапия не про то, чтобы перестать чувствовать боль. А про то, чтобы, когда она всё-таки возникнет, остаться на своём месте. Не разрушать ни себя, ни тех, кто рядом. А дышать, оставаться в контакте и знать: теперь я могу с этим быть.

Маргарита Багирова, психолог, КПТ, ЛОРП и Схема-терапевт. Если вы узнали себя в этом тексте и хотите изменить свою ситуацию, запишитесь ко мне на консультацию. Больше текстов и разборов публикую на канале «Как жить в этом мире, где всё не так, как хочется?»